Коллекция шитья древней Руси из собраний Троице-Сергиевой лавры


Широкое представление о характере русского средневекового художественного шитья, его стилистических особенностях на определенных этапах развития дает коллекция, сложившаяся, главным образом, из вкладов в Троице-Сергиевой лавры. Среди вкладчиков — цари, князья, бояре, духовенство, служилые и торговые люди.

Коллекция шитья древней Руси

Значительная часть поступавших в монастырь вещей предназначалась для оформления христианского культа. Часто такие предметы вкладывались целыми комплектами. Очень характерны в этом отношении вклады царя Ивана Грозного.

Судя по источникам, вклады произведений лицевого шитья были не столь частым явлением, как это может показаться на первый взгляд. Создание произведения лицевого шитья требовало участия опытного, квалифицированного иконописца-знаменщика. Видимо, не каждая «светлица» располагала такими кадрами. По Вкладной книге 1673 года выявлено всего около пятидесяти произведений лицевого шитья. Правда, эта цифра далеко не олная, о чем говорит наличие в коллекции музея произведений с вкладными надписями, не нашедших, однако, отражения во Вкладной книге. Вкладная книга не содержит сведений и о самых ранних произведениях шитья из коллекции музея. Видимо, к моменту составления часть древних монастырских документов, на которых она основывалась, была уже утеряна. Тем не менее предположение о сравнительной немногочисленности вкладывавшихся произведений лицевого шитья остается в силе. Это подтверждает состав вкладчиков, выявленных по Вкладной книге 1673 года.

Коллекция шитья древней Руси

Таким образом, среди вкладных вещей преобладали произведения, украшенные орнаментальными вышивками. Большое число таких произведений дали в Троице-Сергиев монастырь царь Михаил Федорович, княгиня Анна Васильевна Трубецкая, князь Никита Иванович Одоевский, бояре Иван Васильевич Морозов, Алексей Семенович Шеин.

Вкладные книги и Описи Троице-Сергиева монастыря сообщают не только о вещах церковного назначения, но и тщательным образом описывают так называемую рухлядь, то есть мужское и женское платье, головные уборы, вошвы, предметы домашнего обихода: скатерти, ширинки, полотенца.

К сожалению, ничего из этих вещей, кроме ширинок, не сохранилось. Почти все они поступали в монастырскую казну, где часть переделывалась или приспосабливалась под церковные нужды, использовалась в быту, а большинство, видимо, обращалось в деньги. И все же характер шитого узорочья некоторых из этих предметов удается восстановить по сохранившимся оплечьям фелоней и стихарей.

Во Вкладной книге 1673 года довольно часто встречаются записи, отмечающие, что на ризное оплечье даны шитые вошвы. Эти последние являлись украшением рукавов парадной женской одежды — летника. Шитье одного из них можно видеть на оплечье фелони, датировавшейся ранее XVI веком и считавшейся по Описи 1908 года вкладом великого князя Василия III. В композиции оплечья фелони заметно, что оно вьпюлнено из двух широких прямоугольных полос узорного шитья по черному бархату, взятых с какой-то другой вещи.

На основании источников удалось установить, что оплечье составлено, вероятнее всего, из вошв летника, вложенного в Троицкий монастырь протопопом московского Благовещенского собора Максимом (старцем Моисеем): «143 (1635) году дал вкладу в дом Живоначальные Троицы и великим чюдотворцам Сергию и Никону соборной старец Моисей что в мире был государев духовник… летник отлас лазорев, передцы сажены жемчюгом и деланы канителью по отласу червчату, вошвы деланы канителью и трунцалы травы шазаны жемчюгом по бархату черному, подольник тафта желта». Это один из самых роскошных летников, упоминаемых во Вкладной книге 1673 года. Долгое время летник хранился в монастырской казне, позднее шитые вошвы его пошли на украшение оплечья упоминавшейся фелони, а «передцы» летника частично использовали, как нам кажется, в орнаментальной композиции оплечья стихаря, считавшегося ранее вкладом А.С. Шеина.

Оплечье этого стихаря также представляет большой интерес. В украшении его использованы не только «передцы» летника протопопа Максима, но и шитье парадной мужской одежды — платна. Одна из записей Вкладной книги 1673 года позволяет установить идентичность восьми шитых квадратов, составляющих композицию оплечья стихаря, с «образцами» шитья на платне, вложенном Семеном Васильевичем Волынским в Троице-Сергиев монастырь в 1646 году: «154 (1646) году генваря в 17 день погребен в дому Живоначальные Троицы окольничей Федор Васильевич Волынский, и дал по нем вкладу брат ево Семен Васильевич платно бархат золотной червчат по серебряной земле, а на платне восемь образцов низаны жемчюгом по таусинному отласу и шиты золотом канителью и картулином, а на образцах по семь камней бирюз в гнездах серебряных. У образцов же завяски золотные с шелком зеленым накищеваны золотом, ворворки серебряные. Платно подложено дорогами желтыми подпушка камочка цветная, по цене за сто рублев». В коллекции музея можно отметить еще ряд фелоней, оплечья которых составлены, по всей видимости, из шитых воша.

Коллекция шитья древней Руси

Наряду с вкладными вещами в состав коллекции входят и предметы, выполненные по заказу монастыря. Описи 1641 и 1701 годов дают богатый материал для таких предположений. Нередко описания вещей начинаются со слов: «Ризы новые монастырское дело». Как правило, материал для них поставлялся из богатой монастырской казны.

Подвергались переделкам обветшавшие вкладные вещи, при этом часть драгоценностей с них могла бьггь использована. Из Описи 1641 года мы узнаем о подобной переделке риз, вложенных ранее царем Иваном Грозным. Монастырская реставрация вещей могла носить самый разнообразный характер. Иногда это ограничивалось только заменой фона, нередко на новые вещи переносилось старое шитье оплечий, концов сулков и набедренников, кайм ширинок. И конечно, при таких работах было вполне возможным создание новых орнаментальных композиций, хотя при этом не исключалось как использование древних материалов из монастырской казны, так и повторение древних узоров.

Таким образом, по древним источникам собрание шитья в Троице-Сергиевом монастыре на конец XVII века представляется значительным и многообразным. Однако из былого великолепия до наших дней сохранилось далеко не все.

Предпринимавшаяся в монастыре переделка обветшавших вещей приводила фактически к гибели древних произведений. Уже Опись 1641 года полна сведений о споротом жемчуге. Много произведений XVI — XVII веков было утрачено в результате переделок, последовавших по указу 1767 года императрицы Екатерины II, повелевшей перенизать жемчуг с обветшавших ризничных вещей на новые . Среди них значились два покрова царя гг Ивана Грозного, ризы королевы Марфы Владимировны Старицкой, епитрахиль и стихарь княгини Анны Васильевны Трубецкой, четыре пелены царя Бориса Годунова и другие.

В настоящее время коллекция шитья XV — XVII веков Загорского музея насчитывает более двухсот произведений. По своему историко-художественному значени начению она занимает одно из первых мест среди подобных собраний нашей страны. Исторический характер коллекции, большое число точно датированных памятников, связанных с ведущими московскими мастерскими, возможность изучения произведений по древним документам— отличительные особенности ее. На протяжении трех столетий, начиная с XV века, прослеживается развитие искусства шитья (главным образом московской шкалы) в редкой хронологической последовательности. Без таких памятников, как «Голубая» плащаница начала XV века, покров «Сергий Радонежский» 20-х годов XV века, пелена 1499 года Софьи Палеолог, пелена 1525 года Соломонии Сабуровой, фелонь 1544 года Петра Щенятева, пелена 1550 года Анастасии Романовны, плащаница 1561 года князей Старицких, «Жемчужная» пелена 1599 года и сударь «Троица» царя Бориса Годунова и многие другие, характеристика древнерусского художественного шитья была бы далеко не полной. Многие из произведений поступили в Троицкий монастырь в связи с важными событиями в жизни вкладчиков — нередко надписи на самих памятниках рассказывают о причине вклада. В таких случаях произведения шитья становятся своеобразными историческими источниками, способствующими более конкретному восприятию характеризуемой ими эпохи.